Ольга Григорьева — поэт и литературовед

После зимнего молчания
Наступает вдруг пора —
И капель звенит отчаянно,
И бумага ждет пера.
После зимнего молчания
Все признания легки.
И рождаются нечаянно,
Сами пишутся стихи…

Пока не прокричит петух,
Нетерпеливо, торопливо,
С таким разбойным переливом,
Что аж захватывает дух,
Пока не прокричит — прошу,
Прошу тебя, не просыпайся,
Во сне спокойно улыбайся.
Спи, милый, я не разбужу…
Но только душный сеновал
Упругий луч насквозь проколет,
Уйдем от тихого села,
От дел, от памяти, от боли.
Мы окунемся в звонкий луг,
Взлетят кузнечики, как брызги,
И светлый лес — притихший, близкий,
Коснется наших плеч и рук.
Как будут помнить слух и глаз
Березовой листвы касанье,
И нашей грусти угасанье,
И пробужденье детства в нас,
Пронзительный, счастливый звук
Июльского степного зноя.
…Мы будем счастливы с тобою,
Пока не прокричит петух.

Дождь слепой берега размывает.
Странно это: и солнце, и дождь.
Очень разное в жизни бывает,
И названья всему не найдешь…
Вот и ссора. А, может, не ссора?
Просто оба устали от слов,
Просто осень закружится скоро
Над асфальтом притихших дворов.
И покажется выдумкой чьей-то
Зной июльский и августа цвет.
Пусть останется в нас наше лето
Много зим, много будущих лет.
Пусть ударит, горячий, как выдох,
Этот крик, что из сердца возник:
— Одиночество — это не выход!
Одиночество — это тупик.
Как трепещут омытые листья…
Капли теплые, словно слова.
Дождь слепой, он кончается быстро,
Он слепой, как обида сама.
Будет день новым светом наполнен,
И когда-нибудь скажешь ты сам,
Что любовь — не безоблачный полдень.
Это солнце с дождем пополам.

Смотрю на Землю, как на чудо:
Деревья, небеса, вода…
А мы приходим ниоткуда
И исчезаем в никуда.
И ничего не повторится,
Все будет новым.
Но потом,
Быть может, пролечу я птицей
Над этим самым уголком.
Или березой с шумной кроной
Удастся смерти избежать…
Омоюсь соком, словно кровью,
От злого острого ножа.
И мысль, обыденная вроде,
Пронзит, как стали острие:
Что мы приходим — из природы
И возвращаемся в нее.

Представьте — туча проплывала,
Лилово-черная от злости,
Дождей резное покрывало
На спящий город наш набросив.
Ее, наверно, разозлило
И показалось очень странным,
Что променяли люди ливень
На шум дождя с телеэкрана.
…А рано утром туча эта,
Прибрав к рукам шальные ливни,
Оставила на память детям
В саду заросшем эти сливы
Свои лиловые кусочки…

Августович, Августа сын.
Какое прекрасное отчество!
Сбывалось отцово пророчество!
Пьянила нас августа синь.
Одаривал щедро и впрок
Безудержно ласковый месяц,
Смеялись, травинку заметив
Меж рук, между губ, между строк.
Забыли о том, что грядет:
Сентябрь тебя ждет, осеняя,
А я — дочь апреля и мая,
Лишь лето мое настает.
Но в августе встретились вдруг,
Нарушив природы законы.
Пусть явится в май мой зеленый
Августович, Августа внук.

Не кричи так громко —
Ты разбудишь небо!
По лесным пригоркам
Босиком побегай.
Огорчись, что грозы
Заглушают трели…
Не дыши на звезды,
Чтоб не запотели.

Не бойся, еще не осень.
То просто холодный ветер
На плечи берез набросил
Листвы золотые сети.
Но краски в лесу неярки,
Хотя холодны рассветы…
Безвременьем — долгим, жалким,
Закончилось наше лето.
Лишь дерево солнца просит,
О прошлом скорбя без фальши.
Не бойся, еще не осень…
Но я уезжаю раньше.

О наступленьи осени сужу
По сказочной прозрачности арыка.
И злу молчанья, и надежде крика
Я точные названья нахожу…
Давно ли это было? Вовсе нет.
Та чистота в душе моей осталась.
Но десять лет минуло, десять лет.
Кем стала я, и что со мною сталось?
О наступленьи осени сужу
По грусти, что еще не осознала.
Но в желтый лес, как в праздничную залу,
Я с головою поднятой вхожу.
И вот сентябрь начинает бал,
На первый танец приглашает осень.
Недолог праздник, час свиданья мал,
Нас, словно листья, по свету разносит.
Но лишь бы знать, годам теряя счет,
И в дни удач, и в трудные недели,
Что детства арычок еще течет,
И юности леса не облетели.

О, середина сентября —
Как будто жизни середина.
И тучи проплывают мимо,
И солнце не ласкает зря.
И равновесия покой
Падет, как дождь, на плечи наши.
А мир сияющий такой,
Как будто только что раскрашен.
И как себе ни угождай,
Уж видно по сентябрьским нивам,
Каким он будет, урожай,
Счастливым или несчастливым.
В закате облако горит,
И замолкает вечер сонный…
Но что с того — душа парит
Как лист осенний, невесомый.
Еще не грустно, а легко,
И с каждым днем приходит зрелость.
А до зимы — недалеко.
Гораздо ближе, чем хотелось.